5e38c7ef     

Проскурин Петр - Полуденные Сны



Петр Проскурин
Полуденные сны
1
В уединенном загородном доме, окруженном запущенным старым садом,
что-то случилось. Первым почувствовал начало перемен Тимошка - и усиленно
втянул воздух черным влажным носом, в его пристально-внимательные грустных
глазах появилась настороженность. Тимошка свободно расхаживал везде, утром
и вечером он проверял, все ли в пооядке, заглядывая в каждую комнату, в
любой потаённый уголок дома, двери, если они не были на запоре, Тимошка
привычно открывал ударом лапы или носом. Сегодня же новость, возбудившая
Тимошкино беспокойство, была действительно из рук вон выходящая, и
поэтому, открыв дверь комнаты, чаще всего предназначавшейся для
приезжапших из города гостей, Тимошка даже слегка попятился. Он был
совершенно сконфужен своей оплошностью: в доме случилось столь важное
событие, а он ничего не знал, все прокараулил, украдкой забравшись на
удобный мягкий диван у Даши и проспав там всю ночь. Но делать было нечего,
и Тимошка виновато протиснулся в комнату, где на широкой деревянной
кровати спала смутившая Тимошку гостья, тетка хозяина дома Семеновна,
приехавшая вчера уже поздно ночью. Подойдя ближе, Тимошка приветливо
повилял хвостом, сел, не упуская из виду маленького, с расправившимися ото
сна морщинами лица Семеновны, и стал терпеливо ждать ее пробуждения.
Тимошка хорошо знал Семеновну и по-своему был привязан к ней, хотя в
этой своей любви никогда бы не поставил ее рядом с Васей или Татьяной
Романовной, маленькой Дашей или ее старшим братишкой Олегом, самолюбивым
темноглазым, отличавшимся особенно выраженным чувством справедливости
мальчуганом, который, даже играя с Тимошкой в футбол, старался честно
соблюдать правила игры. Тимошка уже хорошо знал, что приезд Семеновны
всегда вносит беспокойство, с каждым ее появлением чтото случалось: то
надолго пропадали куда-то Вася с Татьяной Романовной и оставались лишь
Семеновна, Даша да Олег, а то и Даша с Олегом исчезали, и приходилось
целое лето проводить с Семеновной, и поэтому теперь Тимошка, как ему ни
хотелось проверить, на месте ли Вася с Татьяной Романовной, решил не
выпускать Семеновну из виду и ждать. Откинув заднюю лапу, вытянув морду,
он лег, распластав на полу длинные шелковистые уши, гордость всякого
родовитого пуделя. Несколько раз он приподнимал голову, всматриваясь в
лицо Семеновны, и опять терпеливо затихал, дождавшись своего, он порывисто
вскочил, весь напружинился и несколько раз вильнул хвостом. Как он уловил
этот момент, Тимошка и сам не знал, но Семеновна действительно приоткрыла
еще пустые после пробуждения глаза, Тимошка потянулся к ней и, слегка
высунув кончик розового языка, приветливо улыбнулся. Глаза у Семеновны
радостно округлились.
- Тимоша! - обрадовалась она. - Хороший ты мой! Не забыл?
Тимошка немедленно положил передние лапы на край кровати и ткнулся
прохладным носом в руки Семеновны и что-то невнятно проворчал, узнавая
старые запахи добра, уюта и сытости. Тотчас достав из-под подушки конфету,
Семеновна развернула ее и, предостерегающе оглянувшись га дверь (сладкое
Тимошке есть не разрешалось), как бы в нечаянной рассеянности уронила
конфету на пол, Тимошка, помедлив, с некоторым удивлением глянул на
Семеновну, затем с достоинством, осторожно взял конфету и забрался с нею
под кровать, тотчас оттуда послышался аппетитный хруст и чавканье.
- Ешь, ешь, Тимоша, - одобрила Семеновна, нарочито шумно зевая и
показывая, что она всю ночь была в дороге и совершенно не выспалась. -
Почему хорош



Назад