5e38c7ef     

Пузий Владимир - На Приезжих Гладиаторов



Владимир ПУЗИЙ
...НА ПРИЕЗЖИХ ГЛАДИАТОРОВ
На-Фаул, главный царский советник
Стучат. Да как нагло! Простите, сударыня, нам придется прерваться.
- Кто там?! И за каким бесом?
- Главного царского советника - к царю.
Ишь, шельма, как дипломатически сообщает. Понавострились...
- Иду уже.
- Велено - чтоб немедля.
Ну штаны-то я натянуть имею право?
- Сейчас!
Одеваюсь, прикрываю одеялом застывшую на полувдохе дамочку,
развожу руками: знала, в чью постель лезла. Ничего, пускай привыкает.
За дверью стоит Ард-Лигер, из личной царской стражи. Хмурит брови
и повторяет все то же:
- Царь ждет. Срочно.
Я ведь знал, что просто так это не пройдет. Что именно? Ну, мало
ли есть у главного царского советника тайн и секретиков - сейчас
выяснится, что именно.
Мы идем по коридору, и я привычно привожу свое лицо в состояние
боевой готовности: все мышцы расслаблены и недвижимы, как на
скульптуре, но готовы моментально изобразить любую из тысячи
человеческих эмоций.
В тронном зале маленький переполох: стражники стоят навытяжку и
боятся шевельнуть зрачком - только пуговицы потрескивают на выпяченной
груди; шут сидит в сторонке и опасливо косится на своего "братца", а
сам он, "братец" то бишь, шагает по всему периметру и подметает
мантией пол. Хорошо подметает, тщательно - не придерешься.
Только царь услышал наши шаги, разворачивается всем корпусом и
начинает надвигаться на меня. Понятно: грозовая туча нашла, куда
метнуть молнию.
Промолчать бы, но молчать никак нельзя. Затопчет к чертовой
бабушке.
- Вы звали меня, ваше величество?
- Да ты представляешь, сукин ты сын, что я с тобой сделаю?! Да я
тебя прикажу четвертовать, лошадьми на куски разодрать; я вырву твое
сердце и скормлю псам, а ты будешь смотреть на это и рыдать кровавыми
слезами!
Господи, откуда столько дешевой патетики? Старик сегодня
однозначно не в духе.
- Простите, ваше величество, виноват.
- Он "виноват"! Моя дочь рыдает и бьется в истерике, а он мне
говорит, что он "виноват"! Ты!..
Так, кажется, словарный запас у старика иссяк. И злости
поубавилось. Теперь можно переходить к делу.
- Ваше величество, нельзя ли подробнее. Я, несомненно, найду
способ, как помочь вашему горю.
- Не моему, не моему горю! - он снова принимается подметать зал
плащом, и я вижу, что дело плохо. К тому же постепенно до меня
доходит, _что_ могло стать причиной истерики ее высочества. Говорила
мне мама: иди в шуты. С шута какой спрос? Вон он сидит, красавец,
подмигивает мне. Шути-шути, дошутишься.
- Сядьте-ка, ваше величество, - прошу-приказываю я. - И подробнее
обсудим то, что произошло. В ногах правды нет.
- Что здесь обсуждать? Это она после твоих гладиаторов заезжих -
_такая_! Ты там был с ней? Был. Изволь объяснить.
Да-а, тут объяснишь. Тут объяснишь - и сразу попрощаешься со своей
головой.
И ведь начиналось все невинно. Впрочем, именно так всегда
начинаются великие беды.
Приехал к нам из заморских краев цирк. "Бои гладиаторов". "Только
одно выступление". "Битвы не на жизнь, а на смерть" - и так далее.
Три дня стояли, скоморохи. "Одно выступление"! Они бы и дальше
здесь ошивались, но вчерашний случай им все напортил. И мне, как
видно, тоже.
Вначале им вообще запретили выступать: что ж это вы тут голых
мужиков навезли, да еще будут они друг дружку убивать - не принято у
нас так. Пшли вон!
Ну, они думали-думали - и надумали идти падать мне в ноженьки. А
я, дур-р-рак, возьми да и разреши им. Конечно, п_о_дать велел снять
соответствующую. С царем посоветовалс



Назад